Политическая жизнь в XVIII — начале XX вв. (часть №1)

В XIX - начале XX вв. Рейтинг: 0 Голосов: 0 63 просмотра
Политическая жизнь в XVIII — начале XX вв. (часть №1)

С самого начала строительства и функционирования Верхнесалдинского завода существенным моментом общественно-политической жизни поселка стали то исчезающие, то появляющиеся вновь рабочие волнения.
В то далекое время в условиях суровой уральской зимы приходилось выполнять трудоемкие заводские работы: копать мерзлую землю, рубить лес, жечь уголь. И плата за труд была ничтожной. Так, например, за все операции по приготовлению короба древесного угля рабочие получали всего 30 копеек.
Изнуренные тяжелым трудом весной 1778 г. заволновались землекопы и плотники, потребовав от заводской администрации увеличения заработной платы. Приказчик Балакин просил Н.-Тагильскую контору удовлетворить требования рабочих, так как находил, что земля мерзлая, оттого работные люди имеют немалый ропот и просят прибавки. Н.-Тагильская контора признала, что, «кроме дороговизны хлеба и прочего от претерпения в прошедшее пугачевское замешательство разорения, против прежнего житье крестьян сделалось убожее», и разрешила удовлетворить их требования, чтобы они «не жаловались, не роптали и милостью их высокородия были довольны».
Такая уступка со стороны заводоуправления была допущена по вполне понятной причине — слишком свежие воспоминания о пугачевском восстании вызывали у крепостников боязнь новых волнений.

Одной из форм протеста работных людей против крепостнических порядков были их побеги с завода. В августе 1778 г. из В. Салды бежали крестьяне Ефим Шаханов, Харитон Корюкин, Игнат Иванов. Их путь закончился в Егошихинском заводе, куда они прибыли на лодке по реке Чусовой. На пристани крестьяне были схвачены сыскной командой. Неудачей закончилась попытка к бегству у Минея Ефимова, Ивана Никифорова и других крестьян.
Их возвратили по этапу в В. Салду и жестоко наказали розгами. Заводская администрация применяла и другой вид наказания — у беглецов выстригали лбы «кабы смотря на то, не имели покушение к побегу из заводов и другие...»
Первые Демидовы — талантливые организаторы и рачительные хозяева — всемерно стремились закрепить на заводах мастеровых людей и для этого действовали часто не только «кнутом, но и пряничком». Так, было объявлено положение, по которому крестьянам и другим работным людям, изъявившим добровольное желание переехать в В.Салду, на первый случай выдавалось на пропитание безденежно по одному пуду ржаной муки, солоду и соли по 5 фунтов и немного денег. В результате в ноябре 1778 г. добровольно переехали в В.Салду 25 семей из Н.Тагила. Условия жизни и труда переселенных в Салду крестьян были тяжелыми. Их существование обеспечивалось продуктами и промышленными товарами, выдаваемыми заводами, часто по завышенным ценам и в недостаточном количестве. Такое положение вызывало глухое недовольство работных людей.
Кроме того, их приводило в негодование широкое применение телесных наказаний - розог, батогов, колодок, кандалов.
В журналах показаний есть такие записи: 
«1801 год Ноябрь 2. Престарелый мастер Петр Гудков за самовольную отлучку с завода, при собрании мастеровых людей, наказан вицами.
1803 год. Январь 3. Углепоставщик Евсей Тихонов против положенного оклада 120 коробов, отправил 68. И за недоставку оного наказан вицами.
1805 год. Илья Н. Караульщик Яков Кривенко за ослушание конторы с выстрижением на лбу волос наказан вицами».
После отмены крепостного права (реформа 1861 г.) новые взаимоотношения между помещиками и крестьянами должны были определяться особым документом — уставными грамотами.
В них определялся размер крестьянского надела. Право же на лес, охоту, рыбную ловлю, пчеловодство оставалось за помещиком. Крестьяне могли этим пользоваться за определенную плату. Такие условия сильно стесняли крестьянские хозяйства, отдавая их во власть помещиков.
На салдинских заводах введение уставных грамот вызвало волнения. На Н.-Салдинском заводе попытка ввести уставную грамоту в июле 1862 г. без участия рабочих привела к тому, что рабочие, собравшись числом более 200 человек, не только отказались принять эту грамоту, но изгнали мирового посредника и избили «добросовестных».
Группа рабочих во главе с Василием Слобцовым явилась на сход Верхнесалдинского завода, где добилась того, что и там мастеровые не подписали грамоту. Когда руководители волнений были арестованы приставом, рабочие отслужили молебен с просьбой к Богу наказать пристава и организовали сбор средств для арестованных.
За участие в этих волнениях из Верхнесалдинской волости было выслано в Сибирь 11 человек.
В 1864 г. демидовское заводоуправление выработало «Правила рабочим людям Нижнетагильских заводов».
Кроме установленного рабочего дня в 12—13 часов, определения системы штрафов, размера и порядка выплаты заработной платы, было еще записано: «Расчет за работу производится по существующему порядку, а о платах вывешиваются в цехах табели». Об этих правилах расчета рабочие не знали, их применяла администрация по своему усмотрению. Кроме этих правил, поступающие на работу подписывали особое годичное соглашение, по которому их обязанностью являлось: «работать на заводских работах постоянно, усердно и добросовестно, с постоянно хорошим поведением». В случае отлучки «по какой-либо противозаконности» рабочий должен был выплатить заводу убытки, «могущие быть от неявки на работу». За каждый день — полтора рубля серебром. Это при заработке 7—8 рублей в месяц. Кто же мог быть доволен таким соглашением? Каплей, переполнившей чашу терпения, явились расчетные книжки, в частности приложения к ним. Рабочих возмутили кабальные условия найма на работу, особенно параграфы 10 и 11. В них говорилось, что за всякую утрату заводского имущества заводоуправление будет взыскивать стоимость его со всех рабочих путем круговой поруки. По 11 параграфу заводоуправление брало на себя право заставлять рабочих выходить на работу в полевую страду. Традиционно на время заготовки сена завод останавливал работу, давая возможность заготовить корм скоту. Без лошади и коровы, своего «подсобного хозяйства», на одни заводские деньги не прокормиться.
Все расчетные книжки были напечатаны на имя «мастеровых» — это еще больше подлило масла в огонь, так как рабочие считали, что расписываясь в такой книжке, они теряют юридическое право на земельные наделы. 
Стачка становилась неизбежной.
В мае 1874 г., в период двухнедельной выдачи заработной платы, рабочим было предложено взять расчетные книжки и уже с ними получать деньги. Взявший книжку обязан был отработать на заводе не менее трех лет. Условия найма юридически оформляли 12-часовой рабочий день. Заводская контора объявила, что те, кто не возьмет книжек, не будут приниматься на работу, и все неработающие лишатся прав на медицинское пособие, бесплатное обучение детей и другие льготы.
В ответ на это 15 мая рабочие Нижнесалдинского завода не вышли на работу. На следующей неделе остановился Н.-Тагильский и В.-Салдинский заводы. Скоро стачка приняла такой размах, что 31 мая из Пермского губернского жандармского управления о стачке было доложено в 3-е отделение его императорского Величества канцелярии. В Н.Тагил для выяснения причин стачки срочно выехал чиновник особых поручений. Царские чиновники объяснили причины забастовки только «подстрекательством злонамеренных людей», хотя причина была иной. Рабочие боролись за юридическое оформление правил свободного найма.
Стачка продолжалась до сентября и закончилась победой рабочих.
Администрация вынуждена была исключить из расчетных книжек некоторые пункты условий приема на работу.
Но шесть верхнесалдинцев были арестованы и этапом отправлены в Пермь, а оттуда — на вечную ссылку в Вологодскую губернию. Это были мастеровые А.Ф.Оносов, А.Я.Островский, А.К.Бабкин. Вместе с ними были сосланы Н.А.Рамильцев, который занимался земледелием и имел ямщину, А.Ф.Субботин, купец и А.Е.Ольховиков, владелец кузницы с наемными рабочими.
Никифору Рамильцеву помощник управителя заводами Колногоров дал такую характеристику: «
Он уже не в первый раз наказывается за вмешательство в общественные дела и во всех делах считается передовым, мужик — трезвый и неглупый, и потому общество держит его своим доверенным. В настоящем случае он увлекся также советами тайного агитатора».
Спустя год после стачки, посетив салдинские заводы, В.И.Немирович-Данченко писал: «
Золотым дном оказался этот край, с его неисчерпаемыми богатствами, золотым дном, где все-таки ухитрились довести население чуть не до голодовки... Жаль становится этих заброшенных крестьян, больно за захолустье, где в вечной нужде своей бьется до кровавого пота рабочий, не зная сегодня, будет ли он сыт завтра».
Через 23 года, в 1897 г., на Н.-Салдинском заводе вновь появились прокламации, призывающие к стачке.
Причина — остановка в октябре рельсового производства и появление в связи с этим 400 безработных. Но забастовка не состоялась, так как был получен заказ на рельсы и работа возобновилась. То, что на протяжении более 20 лет на салдинских заводах не было сколько-нибудь крупных выступлений рабочих, во многом заслуга администрации заводов. Она вела более разумную политику по отношению к работным людям, чем на других предприятиях. Это особенно относится к годам, когда во главе заводов стояли талантливые руководители Поленов К.П. и Грум-Гржимайло В.Е.
Во многом благодаря именно их усилиям в Салде длительное время сохранялся относительный мир на заводах и в заводских поселках.
Когда же в конце ХХ — начале ХХ вв. разразился мировой и валютно-финансовый кризис, а цены на уральский металл упали в полтора-два раза, экономическое положение рабочих резко ухудшилось. Это вызвало всплеск революционных выступлений на салдинских заводах. 1 мая 1905 г. в Н.Салде в Кедровой роще прошла маевка, а 13 мая забастовка на заводах Верхней и Нижней Салды.
Начиная с мая 1905 г., революционное движение в В.Салде принимает массовый, остро политический характер. Бастующие требовали демократических свобод, повышения заработной платы, 8-часового рабочего дня, передачи казенной земли крестьянам, гарантировать сохранение рабочих мест участникам забастовки. 9 ноября 1905 г. главный управляющий Нижнетагильского горного округа отправил в Петербург (в главную
контору Демидова) телеграмму: «Луневка забастовала, положение скверное. Требуется прибавка 100 тысяч. Прибавку платы требуют рабочие Н.-Тагильского, В.-Салдинского, Н.-Салдинского, поставщики дров и угля. Все дали срок половину ноября. Нужно ждать забастовки. Настроение ужасное, подробности письмом — Егоров».
Рабочие, выждав срок и не получив обещанного, забастовали. Почти три недели не работали салдинские заводы.
Вот как протекала стачка в прокатном цехе Верхнесалдинского завода. Об этом свидетельствует документальный рассказ А.Г.Бабкина: «Работа в цехе была очень тяжелой, а заработки низкие. Ввиду излишка рабочей силы, каждое воскресенье мастера цеха по переделам набирали себе в смену людей. Разумеется, записывали тех, кто никогда и ни в чем не перечил мастеру, кто ставил хороший «магарыч». Других, кто указывал на несправедливость заводского начальства, своеволие мастеров — не принимали в смены. И рабочий должен был полмесяца, а то и больше, бездельничать».
13—20 ноября бастовали почти все рабочие В.-Салдинского завода. Действовали только домны. В забастовке участвовало 756 человек.
Телефонада № 1644 из В.-Салдинской конторы сообщала: «Недоработка вследствие забастовки 1905 года по доменному цеху — 24 000 пудов чугуна, по мартеновскому 20 000 пудов слитков, по сварочному 20 000 пудов сортового железа, по пудлинговому 5000 пудов окладок».
По поводу забастовки 1905 г. была вызвана полицейская стража.
Приказом пермского губернатора и на основании 1-го именного высочайшего Указа Правительственного Сената от 29 ноября 1905 г. был объявлен на положении особой охраны среди других пунктов Пермской губернии Верхнесалдинский завод.
Но несмотря на чрезвычайное положение, в апреле 1906 г. произошла новая стачка. Случилась она во время переписки рабочих. Рабочий на завод как бы принимался каждые две недели вновь. Мастер набирал себе новую смену на две недели. И те, кто активно выступал в период стачки, и те, кто плохо «подносил мастеру»,— не попали в эти списки.
Тогда прокатчики потребовали убрать недобросовестных мастеров, отменить штрафы, наладить точный учет выработанной продукции. Начальник цеха Ф.Оленев отказался выполнить требования рабочих. «
Кто-то нашел большой рогожный куль из-под древесного угля, кто-то накинул его на Оленева, кто-то подвез тачку, и вот с гамом и  улюлюканьем вывезли тачку за проходную, вывалили в грязь «поклажу». Наказали рабочие заводской страже: не пропускать на завод администрацию прокатного цеха, пока не будет убран Оленев, отменены штрафы и плата за выработку проката будет полной». Администрация была вынуждена уступить рабочим, несмотря на положение особой охраны, но 5 участников забастовки было арестовано. Подъем общедемократического движения против парского самодержавия в начале ХХ в. способствовал активности многих партий, в том числе и в заводском поселке В.Салда.
Что уж говорить о рабочих, когда в доме управителя завода Костылева Н.А. был произведен обыск в 1906 г.
Его жена Юлия Лукинична Костылева привлекалась к дознанию за принадлежность к организации Екатеринбургского комитета Уральской областной организации партии социалистов-революционеров. В жандармском управлении была дана такая характеристика: «Все семейство Петровых неблагонадежно: Юлия Костылева, ее брат Анатолий Петров с женой в 1902 г. привлекались, а Алексей Петров сидел в доме предварительного заключения в 1900—1901 гг. в Москве».
Возможно, именно Юлия Костылева была связующим звеном в деле организации встречи верхнесалдинцев с Я.М.Свердловым.
Организатором верхнесалдинского кружка РСДРП(б) был Топорков Сергей Вячеславович, сын заведующего доменным цехом. В 1905 г., после окончания Н.-Тагильского горнозаводского училища, он приехал в В.Салду в чертежную в качестве техника-практиканта. Сергей Вячеславович привез с собой различную нелегальную литературу.
Вскоре он установил тесный контакт с литейщиком Черных Ф.П., слесарем механического цеха Егоровым А.И., токарем Трифоновым И.Н., чертежником Нерсом Лепиловым и другими.
В конце 1905 г., когда кружок был организационно оформлен, на одном из заседаний был разработан устав.
Он состоял из 20 пунктов, которые определяли права и обязанности членов организации. Руководящим органом организации являлся комитет, избираемый собранием на два месяца в составе четырех человек.
Общие собрания проводились один раз в два месяца, на которых комитет отчитывался о своей деятельности.
Верхнесалдинская организация РСДРП входила в состав Н.-Тагильской окружной организации.
По свидетельству Недотко Ф.А. и Котова И.В., в В.Салде был стеклограф, на котором печатались листовки. Листовки разбрасывали подростки Котов И., Горбунов С., Недотко Ф., Чачин Д. и другие. Полиция арестовала ребят, в «Чижовку» их было посажено около сорока — всех работающих в ночную смену. Над текстом листовок работали Лунев В.Д., Сухоросова М.П., Сартакова М.Н., Рыбакова К.Г. и др. На Сысертском, В.-Салдинском заводах изготовлялись оболочки для бомб, которые потом заполнялись взрывчатой смесью в мастерских Екатеринбурга.
В 1907 г., 1 мая, прошла одна из самых многолюдных маёвок в Кедровой роще, которая закончилась демонстрацией с революционными песнями. Полиция с обнаженными шашками пыталась разогнать шествие, но безуспешно.
Первая русская революция потерпела поражение. Все рабочие союзы и организации были разгромлены, партии запрещены, введена цензура, усиленно работали суды, отправляя участников революции в ссылку на вечное поселение, в крепости. Пермский губернатор «на основании именного Высочайшего Указа Правительствующего Сената» объявил на положении чрезвычайной охраны Салдинские заводы. В Верхнюю и Нижнюю Салду были введены войска.
На заводах был вновь восстановлен 12-часовой рабочий день, обязательные сверхурочные работы без дополнительной оплаты. Были введены «черные списки», куда в первую очередь записывали революционно настроенных рабочих. Занесенный в «черный список» не мог получить работу на другом заводе, в другом городе. Чрезвычайная охрана заводов Салды отменена в 1909 г., но положение рабочих оставалось тяжелым.
Снизилась заработная плата работников, а продолжительность их трудового дня возросла. В 1907—1908 гг. рабочие Н.-Тагильского округа остались без расчета на несколько месяцев, вместо денег администрация выдавала в счет зарплаты талоны, по которым местные торговцы отпускали товар по завышенным ценам и низкого качества.
Были случаи, когда администрация вместо денег рассчитывалась сеном, дровами и железом.
В результате такой «операции» рабочие потеряли около 25 % заработной платы.
К 1910 г. задолженность по заработной плате достигла 1 млн 800 тыс. рублей. Рабочие почти не покупали товаров, резко упал сбыт продукции. На Салдинских заводах значительно сократился объем производства. Сорокатысячное население Н.-Тагильских заводов голодало, шло массовое увольнение рабочих.
В 1909 г. о тяжелом положении рабочих Салдинских заводов узнали депутаты Государственной думы.
Правительство под угрозой рабочих волнений было вынуждено представить ссуду заводам на уплату задолженности по зарплате. Эта правительственная субсидия, залог округа в земельном банке, передача в руки иностранной компании богатейших месторождений платины спасли округ от окончательного разорения. Для упрочения положения Тагильских заводов заводоуправление предприняло меры по техническому переоборудованию заводов, хозяйственной реорганизации, в результате которой были закрыты некоторые заводы округа, в том числе и Исинский завод.
В 1910—1911 тг. в России начался новый промышленный подъем, росло производство и на Салдинских заводах.
К началу 1914 г. на Салдинских заводах положение рабочих значительно улучшилось по сравнению с 1905—1911 гг. Отменили талоны. Заработную плату выдавали в срок. Помня об этом и испытывая личное уважение к администрации заводов, рабочие Верхней и Нижней Салды вели себя сравнительно лояльно и мирно. Когда же весь Урал охватило стачечное движение, рабочие Салдинских заводов приняли своеобразный метод забастовки.
Администрации требований не предъявляли, стачки не объявляли, но по уговору между собой ежедневно по 6—8 человек не выходили на работу.
В общественной жизни салдинцев наблюдается активизация социал-демократов.
...В сентябре 1913 г. в Н. Салде появился новый рабочий — Головченко Сафрон Алексеевич. Никто, пожалуй, не знал, что под этим именем скрывается Иван Иванович Волков, недавно бежавший из Енисейской губернии, куда он был сослан.
Несмотря на то, что Волков И.И. был на нелегальном положении, он вел в Салде большую пропагандистскую работу, восстановил деятельность комитета РСДРП. В его состав вошли П.И.Фролов, И.Н.Туранов, Т.Я.Евсеев, И.Е.Солдатов, А.Ф.Углов и другие.
Интересный метод изучения людей использовал И.И.Волков. Будучи членом заводского клуба, на репетициях он встречался с нужными ему людьми, договаривался о совместных действиях. Конспирация была настолько удачной, что за Волковым жандармерия даже не установила негласного надзора.
Социал-демократы поднимают рабочих Салды на новую забастовку. В 1915 г. нижнесалдинцев поддерживают верхнесалдинцы. Управляющие заводами, главный начальник Уральских заводов буквально бомбардируют телеграммами департамент внутренних дел взывая о помощи.
Несмотря на все запреты полиции, в 1916 г. в районе Ломовки и Черной речки проводится массовая маевка.

В июне того же года 86 рабочих цеха рельсовых скреплений подали коллективную жалобу на нарушение расчетов на работах по правке рельс и отказались выполнять их за низкие расценки.
В 1917 г. после февральской революции, когда царь Николай П отрекся от престола и власть перешла в руки Временного правительства, начала свою легальную деятельность салдинская организация РСДРП. 14 апреля была оформлена партийная организация в Н.Салде, она насчитывала 162 члена, из них большевиков 87 человек, меньшевиков — 75.

Продолжение следует .......

 






Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

 

 

 

 
Сколько нас?
  • 35 участников
Кто онлайн?
Кто мы?
Откуда мы?
Все участники