Часть№1 - Экономика Салды в XIX — начале XX вв.

Редактировалось: 7 раз — последний 11 августа 2018
Просмотров: 345
0
Голосов: 0
Экономика Салды в XIX — начале XX вв. в решающей степени определялась развитием металлургического производства.
В первой половине XIX в. на заводе наблюдался заметный прогресс по производству чугуна и железа за счет технологического усовершенствования и увеличения количества оборудования.
Основной продукцией предприятия был чугун, отправляемый для переделки на Н.Салдинский завод. Часть чугуна перерабатывалась в железо в В. Салде. Единственным способом получения из чугуна железа в 1-й половине XIX в. был кричный способ, при котором металл плавился в особых кричных горнах, где подвергался окислительному действию воздуха и шлака.
Источником энергии для приведения в действие заводских машин были вода и водяные колеса.
Доменные печи работали на холодном дутье, имели открытый колосник. Воздух в печи подавался ящичными мехами, приводимыми в движение водяным колесом.
Суточная производительность одной домны достигала 450 пуд., или 7,3 т чугуна.
В молотовых фабриках, которых было 3, молоты для проковки крицы и ковки из нее железных полос приводились в движение от водяного колеса — верхнебойного типа. Молоты применялись весом до 20 пудов. Один молот был на два кричных горна. Кричный горн обслуживали три человека: мастер, подмастерье и работник. Недельная норма на один горн — 6 криц общим весом до 60 пудов.
Годовая производительность одного молота была 8 тыс. пудов (130 т) железа.
Во всем технологическом процессе получения металла преобладал ручной труд.
В заводе к началу XIX в. было занято 333 человека.
К середине XIX в. в доменном цехе были введены вместо ящичных мехов воздуходувные машины с четырьмя чугунными цилиндрами, увеличилось число кричных горнов и молотов, открылось производство кованых гвоздей. На заводе появились первые листопрокатные машины. Увеличилось число водяных колес. Расширился ремонтный цех в связи с увеличением ремонта оборудования и изготовления инструмента. По отказному акту по вводу Н.П.Демидова в наследство, составленному в 1848 г.,

Верхнесалдинский завод имел следующее производство:

1. Доменная фабрика с двумя печами и двумя воздуходувными машинами с цилиндрическими мехами.
2. Кричная фабрика, в которой:
- Горнов — 8
- Вододействующие — 7
- Молотов — 7
- Гвоздарных молотков — 4
- Машина воздуходувная с одним вододействующим колесом и цилиндрическими мехами — 1
3. Катальная фабрика, в которой:
- Печей — 6
- Листокатальных машин — 3
- Ножниц для резки металла — 2
- Вододействующих колес — 5
- Гладильных молотов — 2
- Молотов железных — 2
- Токарный станок — 1
4. Кузнечный корпус, в котором:
- Горнов — 12
Часть№1 - Экономика Салды в XIX — начале XX вв.
В.Салдинский завод, прокатный цех ↑

В кричном производстве сделан переход на обслуживание одного кричного горна одним молотом, и подача воздуха к кричным горнам производилась от одной центральной воздуходувной машины. Новым на заводе явилась организация катальной фабрики, где были установлены три листопрокатных стана и токарный станок для обработки прокатных валков. Завод наряду с выпуском сортового железа, получаемого путем ковки под молотами, стал выпускать кровельное железо и тонкий лист. Окончательная отделка кровельного листа производилась под гладильными молотами. Число водяных колес стало 15 вместо 6 в первые годы работы завода.

Заводу принадлежали деревни: Нелоба, Никитино, Северная. За ним числилось людей: мужчин — 1694, женщин — 1768. Всего 3462 человека.
Из года в год росла продукция салдинских заводов, по тракту Нижний Тагил — Нижняя Салда непрерывным потоком двигались подводы, груженные рудой, чугуном, лесом, готовыми изделиями. Транспортировка грузов становится одной из важнейших проблем. В этих условиях внимание было обращено на реку Салду, как на средство сообщения между Салдинскими заводами. Управитель Н.Салдинского завода Я.С.Колногоров, осмотрев берега реки Салды, пришел к выводу о возможности использования ее для сплава барок с металлом из одного завода на другой. В докладной от 11 июня 1857 года на имя заводовладельца П.Н.Демидова Колногоров Я.С. утверждал, что «...при настоящих перевозках металла водное сообщение между салдинскими заводами, кроме выгод в отношении экономическом, можно сказать, необходимо, ибо затруднение в ежедневной доставке металлов из Верхнесалдинского завода в Нижнесалдинский завод до трех тысяч пудов так велико, что часто не находим, как выйти из этого затруднения особенно в распутицу... Выгоды здесь все на стороне судоходства, и потому я бы полагал приступить к этому делу безотлагательно, дабы можно было в этом году сделать несколько рейсов для опыта».
Согласие заводовладельца на устройство судоходства вскоре было получено. Висимо-Уткинской заводской конторе поступило распоряжение об откомандировании в Н. Салду 6 судостроителей из числа жителей села Усть-Утки. Были построены 3 полубарка длиной в 12 сажен. Они поднимали груз до 3 тысяч пудов в день в навигацию.
С развитием доменного производства в Н. Салде и постройкой листопрокатного завода на реке Исе потребности в перевозках водным путем отпали, и в 1881 г. этот маршрут был закрыт.
В 1859 г. на В.Салдинском заводе устанавливается первая паровая машина мощностью 215 лошадиных сил, приводившая в движение катальную машину. Несмотря на отдельные технические достижения на салдинских и тагильских заводах в первой половине XIX в., крепостное право, на котором расцвело горнозаводское дело в XVIII в., теперь, в XIX в., становилось тормозом на пути дальнейшего развития. В 1860 г., т. е. почти через три четверти века после изобретения пудлингования, основная масса заводов Урала продолжала перерабатывать чугун на железо в типичных для XVIII в. кричных горнах. И если в 1800 г. средняя производительность уральской доменной печи составляла 90 тысяч пудов чугуна в год, а английской 65 тыс. пудов, то спустя 60 лет, в 1860 г., производительность уральской доменной печи поднялась до 137 тысяч пудов, а англий¬ской до 426 тыс. пудов. Новые способы передела чугуна путем пудлингования внедрялись медленно. И как результат, прирост чугуна за 1-ю половину XIX в. на Верхнеcалдинском заводе составил 9 %.
Периодами спада выплавки чугуна были 1801—1815, 1826—1830, 1846—1849 гг. Скачкообразное производство чугуна, вероятно, зависело от государственных военных заказов. Производство железа происходило более равномерно и за 50 лет XIX в. увеличилось на 35 процентов.
В 1848 г. помощником (заместителем) управителя Верхнесалдинского завода был назначен Я.С.Колногоров, а с 1851 г. он становится управителем обоих Салдинских заводов. Начиная с этого времени, на Верхнесалдинском заводе происходит подъем выплавки чугуна. В 1860 г. она достигла высшего уровня и составила 780 926 пудов. Это стало возможным благодаря устройству рудообжигательных печей, паровой воздуходувке.
В конце 50-х годов XIX в. в Верхней Салде вводится пудлингование.
К 1860 г. на заводе было установлено 10 пудлинговых печей. Они перерабатывали чугун в железную болванку, которую отправляли для изготовления железа на другие заводы.
Первые пудлинговые печи работали на дровах, предварительно высушенных в специальных сушильных печах.
Во второй половине XIX в. на заводе стали внедряться в качестве двигателей паровые машины. Вытеснение водяных двигателей паровыми увеличило заготовку и расход дров и угля.
В 1860 г. на заводе было заготовлено 23 129 коробов древесного угля и 11 944 саженей дров. При заготовке дров стали использовать пилы, чтобы меньше щепы уходило в отходы, но технологический процесс углежжения был все тот же — кучной.
В 1839 г. вышел указ об охране лесов на Урале. Были введены ограничения в распоряжении местными ресурсами посессионных округов.
Устанавливалась твердая норма заготовки дров. На заводах был создан большой штат лесной охраны. В качестве топлива стали использовать пни, сучья, торф.
Несмотря на эти меры, расходы топлива на заводе к концу XIX в. резко возросли и составили в год 37 714 коробов древесного угля, 2097 куб. саженей дров, 7901 куб. сажень пней и сучьев, а также 1671 куб. сажень торфа.
Торф резали вручную на Черновском болоте, к которому была подведена узкоколейная железная дорога от ж/д станции В. Салда. Торф складывался в штабеля, просушивался, а потом его грузили в решетчатые вагонетки, которые подвозились лошадьми на эстакаду ж/д станции. Здесь они грузились на железнодорожные платформы и подавались на завод к генераторам мартеновского и прокатного цехов. Резерв торфа разгружался на заводской площади и в районе вокзала. Дрова, пни, хворост в производство употреблялись сухими — пролежавшими год или два на дровяных складах. Дровяные склады были расположены на специальных площадях: первая площадь была на заводской территории (на время распутицы), вторая — на площади, где ныне школа-интернат, и третья — на северной части Малого мыса, где сейчас расположен жилой поселок.
Дрова, пни, хворост, песок, кварц, древесный уголь на завод возили на лошадях в зимний период, так как в это время года транспортировать легче, и рабочий скот свободен от полевых работ. Если в хозяйстве имелось две рабочих лошади, а работник был один, то нанимали работника, в большинстве случаев мальчишку, так как ему платить можно меньше, чем взрослому.
Формовочный песок возили на лошадях с Басьяновского карьера. Каждый воз песка взвешивался на весах, находившихся напротив заводоуправления. Оплату получали за каждый воз отдельно.
Прокатное дело стало развиваться с 40-х годов XIX в.
Для прокатки кровельного железа, пользовавшегося большим спросом на российском рынке в пореформенный период, был построен листопрокатный завод на реке Исе в 1873 г. Завод имел два листопрокатных стана с приводом от водяных колес. Заготовка для листа (болванка) прокатывалась на Верхнесалдинском заводе. Исинский завод был, по сути, вспомогательным цехом последнего.
Окончательная отделка кровельного листа производилась на В.Салдинском заводе. Заготовку на Исинский завод и продукцию оттуда до Верхней Салды транспортировали: зимой на санях, а в летний период на баржах, водимых маленьким пароходом с горизонтально расположенным котлом, который за маленький его размер прозвали в народе «Комарик».
Плотина Исинского пруда была построена под руководством Я.С.Колногорова, работавшего в то время помощником главного управляющего заводами в Н.Тагиле.
Корпус листопрокатного завода построен из металла легкого ажурного типа.
Часть рабочих этого завода жила на Исе в бараках, без всяких удобств. Многие жили в Салде и в д. Северной и на завод ходили пешком.
Готовое кровельное железо, привезенное в Салду, складировалось в кирпичном сарае на берегу Верхнесалдинского пруда на плотине. Исинский завод закрыли в 1910 г.
Корпус основного цеха был перевезен в Н.Салдинский завод. Исинский пруд стал хорошим резервом для Верхнесалдинского завода.
С 80-х годов XIX в. В.Салдинский завод стал постепенно специализироваться на прокатке сортового железа, что было окончательно закреплено установкой на заводе сортопрокатного стана «600» с приводом от паровой машины мощностью 215 л. с.
В целом, вторая половина XIX века, а точнее, 60—80-е годы — время высшего процветания завода.
Благоприятное влияние на его развитие, равно как и на работу других металлургических предприятий Урала, оказал такой незаурядный человек, как К.П.Поленов, управляющий на протяжении 38 лет Нижнесалдинским заводом.

Константин Павлович ПОЛЕНОВ

Часть№1 - Экономика Салды в XIX — начале XX вв.

Выдающийся деятель горнозаводского Урала.
Родился 25 июля 1835 г. в Кинешминском уезде Костромской губернии в усадьбе Павловское.
Получив начальное домашнее образование, Константин Поленов в 10 лет поступил в гимназию, которую он окончил с золотой медалью. Дальнейшую учебу отец отказался финансировать. Чтобы поехать на учебу в Московский университет, ему пришлось продать свою первую золотую медаль. Деньги на учебу в Университете он зарабатывал сам — уроками. Окончив университетский курс первым кандидатом, К.П.Поленов получил вторую золотую медаль — за сочинение. В это время его очень привлекала астрономия, он очень хотел получить возможность работать на Пулковской обсерватории, но заниматься там могли лишь воспитанники Николаевской Академии Генерального штаба. Поступить в эту Академию можно было лишь прослужив два года офицером, что вовсе не входило в намерения К.П.Поленова. Тогда он попытался обратиться с прошением на Высочайшее имя, и ввиду прекрасного отзыва, который дал университет, Константин Павлович был произведен в прапорщики и ему было разрешено поступить в Академию, не служа в полку.
За выдающиеся успехи на геодезическом отделении Генерального штаба он был записан на золотую доску, а по окончании курса был оставлен при обсерватории для приготовления к профессорскому званию. К этому времени, помимо текущих наблюдений над затмениями, относится его выдающееся исследование «О притяжении сфероидов и определении сжатия земли по наблюдениям качаний маятника».
После окончания учебы финансовые трудности не отступили, а еще больше усугубили положение. К этому времени К.П.Поленов уже был женат, родился сын, и ему пришлось принести в жертву свою мечту. Один из учеников К.П.Поленова — П.П.Демидов — предложил ему место преподавателя математики в Выйском училище, предполагалось, что он в последствии займет место директора этого училища.
В 1859 г. К.П.Поленов прибыл на Урал. Два года он пробыл учителем математики, и его редкие способности сразу бросились в глаза управляющему заводами.
Константин Павлович принял большое участие в составлении генерального плана дачи Н.Тагильских заводов и в разработке проекта пенсионного устава.
Затем ему предложили место управителя Висимо-Шайтанского завода. За два года он освоил эту новую для него профессию — управитель завода — и даже успел доказать, что этот завод мал для его творческих возможностей.
В 1864 г. его переводят управителем Н.Салдинского завода. До Поленова это был небольшой передельный завод, где каталось сортовое железо и начинали производство рельсов. За 38 лет работы на заводе в качестве управителя он вывел это предприятие на одно из первых мест не только в округе, но и на Урале. Именно при Поленове производство железнодорожных рельсов достигло такого высокого качества, что даже после 25-летней их эксплуатации изношенные салдинские рельсы продавались в лом для последующей их переделки в листовое железо по цене на 20 % дороже, чем новые английские рельсы.
Поленов ввел закалку рельсов, что в то время считалось теоретически невозможным. Для точной обрезки рельса изобрел специальный прибор — фотометр. «Надо знать тогдашние представления о железе и стали, чтобы оценить тот громадный шаг, который сделал Поленов в производстве рельсов»,— писал В. Е. Грум-Гржимайло.
До Поленова на Нижнесалдинском заводе не было доменного производства, чугун возили из В. Салды и Н. Тагила.
Под руководством Поленова было построено четыре доменных печи и завод стал иметь законченный цикл производства, а для нагрева дутья впервые в России стали применять аппараты Каупера. Доменное производство по своим техническим показателям заняло одно из первых мест на Урале.
При Константине Павловиче в Н.Салде была построена первая в России бессемеровская фабрика. Ее заведование вначале было поручено другим лицам, но когда дело не пошло — обратились к Поленову. Он поехал за границу для изучения бессемерования, и в результате появился свой метод производства бессемеровской стали, который в дальнейшем получил название русского бессемерования. Цеховая цена бессемеровских слитков по методу Поленова была 52—55 коп с пуда, при цене чугуна 36— 40 коп. Такой дешевой стали в те годы в России не знали. Теорию бессемеровского процесса по методу Поленова описал позднее В. Е.Грум-Гржимайло в журнале «Горное дело» в 1889 г.
К сожалению, сам Поленов не заботился о патентовании своих изобретений. Почти все его изобретения не имеют патента. Исключение составляет только его любимая игрушка «мелодром» — электромузыкальный инструмент по типу органа. Его электрическая лампочка, освещавшая заводскую контору в Н.Салде, появилась раньше запатентованной свечи Яблочкова.
О многих его изобретениях мы так и не узнаем. В.Е.Грум-Гржимайло в некрологе Поленову писал: «Многие идеи и устои, питавшие так долго Уральскую горную промышленность, идеи безымянные, имели тебя своим творцом и насадителем».
Поленов широко раскрывал двери Салдинского завода каждому желающему учиться и никому не отказывал в своих самых подробных объяснениях. Пользуясь таким отношением Константина Павловича, целый ряд инженеров и техников приезжали в Салду изучать заводское производство. Нижняя Салда в конце XIX столетия действительно была школой передового опыта.
«Поленовские ученики» очень высоко ценились на Урале. В какой-то период в Н.Тагильском округе все управительские места были заняты «птенцами Салдинского гнезда»:
А.Е.Мельников — управитель Н.Тагильского завода;
A.К.Бекман — управитель Висимо-Уткинского завода;
B.М.Казаринов — управитель Висимо-Шайтанского завода;
Н.Г.Бабенко — управитель Черноисточинского завода,
В.Е.Грум-Гржимайло — управитель В.Салдинского завода,
А.Ф.Дунаев — помощник управляющего.
38 лет Поленов был управляющим Н.Салдинского завода — это своеобразный рекорд. Но почему же при его талантах он «просидел» на одном месте так долго? Уже в начале 70-х годов его прочили на должность главноуправляющего Н.Тагильскими заводами.
Уходя, главный управляющий Нитте предполагал рекомендовать Поленова. На прощальном обеде Поленов произнес речь, смысл которой был в том, что хороший человек Евстрат Карлович, но никакой пользы заводам не принес. Через некоторое время Нитте сожалел, что поддался временной досаде, и не стал рекомендовать Поленова. Честность и независимость — хорошие качества, но для достижения жизненного успеха от них мало пользы. Поленов не умел умалчивать даже тогда, когда молчание было удобным и выгодным.
Видимо, и сам Поленов не стремился к такой должности, на которой нужно было бы поступиться своими взглядами в угоду сильным мира сего.
Здесь, в Н.Салде, он работал и претворял в жизнь свои идеалы добра и справедливости. Два руководящих принципа были положены им в основу: добросовестное исполнение долга и огромное уважение к труду. К трудящемуся человеку Поленов относился неизменно с глубоким уважением, на какой бы ступени иерархической лестницы он ни стоял — от помощника управителя до простого чернодела.
Широка была и его общественная и просветительная деятельность в Н. Салде.
До Поленова хлебопашеством в Н. Салде практически не занимались. Константин Павлович сам занялся выращиванием пшеницы, ржи, овса, пропагандировал это, давал много советов, ссужал семенами. Даже в голодный 1891 год урожай в В.Салде был.
Путем настойчивых и продолжительных убеждений Поленову удалось уговорить жителей Н.Салды открыть двухклассное училище. Было выстроено превосходное по тому времени здание, и 2-классное училище с 5-годичным сроком обучения было открыто одним из первых в Пермской губернии.
Стараясь развивать рабочих, организовывал в цехах комнаты, в которых имелись газеты и журналы для чтения.
Большой популярностью пользовались и народные чтения с волшебным фонарем, устраиваемые Поленовым.
Для этих целей из своих заграничных поездок Константин Павлович привозил альбомы с видами Швейцарии, Италии, картины Дрезденской галереи, атласы по зоологии, ботанике, астрономии.
По инициативе Поленова в Н.Салде было создано ссудосберегательное товарищество, общество потребителей. Уже современники отмечали, что в Н.Салде живут зажиточнее, у жителей ее — большие и просторные дома.
В 1882 г. в Н.Салде был организован театр. Поленов к театру относился равнодушно, считая это зрелище лишь развлечением, хотя и не вредным. Но все-таки он разрешил театру обосноваться на чердаке своего дома.
Поленов, его взгляды и жизненные принципы отражены Д.Н.Маминым-Сибиряком в романе «Приваловские миллионы» под видом Кости Бахарева. Дружба связывала этих двух выдающихся людей — К.П.Поленова и Д.Н.Мамина-Сибиряка.
В 1901 г. Поленову неожиданно пришла отставка, и ему пришлось покинуть Н.Салду в 66-летнем возрасте. Своего дома у него не было, и он поселился в Екатеринбурге в доме О.К.Нешкодны.
И в последние годы жизни его умственные силы и ненасытная любовь к знаниям остались прежними.
В 70 лет, уже теряя зрение, он самостоятельно выучил английский язык. Умер Константин Павлович 12 января 1908 г.

Такова была жизнь, благородная и плодотворная, одного из известных деятелей Н.Тагильского горнозаводского округа.

Управитель завода Н.И.Алексеев, проработавший в В.Салде 25 лет, с 1871 г., стремился подражать Поленову К.П. в умении вести хозяйство. Он даже внешне был похож на него. И хотя ему не хватало размаха и талантов Константина Павловича, он был усерден и добросовестен.

Продолжение читайте в части№2 ↓
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Эта информация оказалась полезной?
Да! Эта информация нужная и полезная. Не нуждается в доработке. Спасибо!
Не нашли нужной информации?
Нажмите и опишите, что Вы искали. Оставьте контактные данные. Мы постараемся помочь Вам. Спасибо!

 

 

 

 

Обменник

Сколько нас?
  • 35 участников
Кто онлайн?
Кто мы?
Откуда мы?
Все участники